Статья 233. Основания для отмены решения третейского суда

1. Решение третейского суда может быть отменено арбитражным судом только в случаях, предусмотренных в настоящей статье.

2. Решение третейского суда может быть отменено в случаях, если сторона, обратившаяся в арбитражный суд с заявлением об отмене решения третейского суда, представит арбитражному суду доказательства того, что:
1) третейское соглашение недействительно по основаниям, предусмотренным федеральным законом;
2) сторона не была должным образом уведомлена об избрании (назначении) третейских судей или о третейском разбирательстве, в том числе о времени и месте заседания третейского суда, либо по другим уважительным причинам не могла представить третейскому суду свои объяснения;
3) решение третейского суда вынесено по спору, не предусмотренному третейским соглашением или не подпадающему под его условия, либо содержит постановления по вопросам, выходящим за пределы третейского соглашения. Если постановления по вопросам, охватываемым третейским соглашением, могут быть отделены от тех, которые не охватываются таким соглашением, арбитражный суд может отменить только ту часть решения третейского суда, которая содержит постановления по вопросам, не охватываемым соглашением о передаче спора на рассмотрение третейского суда;
4) состав третейского суда или процедура третейского разбирательства не соответствовали соглашению сторон или федеральному закону.
3. Арбитражный суд отменяет решение третейского суда, если установит, что:
1) спор, рассмотренный третейским судом, не может быть предметом третейского разбирательства в соответствии с федеральным законом;
2) решение третейского суда нарушает основополагающие принципы российского права.

4. Решение международного коммерческого арбитража может быть отменено арбитражным судом по основаниям, предусмотренным международным договором Российской Федерации и федеральным законом о международном коммерческом арбитраже.

Комментарий к статье 233 АПК РФ

1. К ч. 1. См. также: комментарий к ч. 1 ст. 239 АПК РФ.

При рассмотрении заявления об отмене решения третейского суда и заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда арбитражный суд устанавливает основания для отмены решения и отказа в выдаче исполнительного листа, предусмотренные ст. ст. 233 и 239 АПК РФ. Основания отмены решения третейского суда, закрепленные в ст. 233 АПК РФ, аналогичны основаниям отказа в выдаче исполнительного листа на его принудительное исполнение, указанным в ст. 239 АПК РФ. Перечень оснований для отмены решения и отказа в выдаче исполнительного листа является исчерпывающим. В силу положений ч. 1 ст. 233 АПК РФ и ч. 1 ст. 239 АПК РФ арбитражный суд не вправе исследовать обстоятельства, установленные третейским судом, либо пересматривать решение третейского суда по существу. Полномочия по рассмотрению по существу спора, отнесенного к компетенции третейского суда, возложены на третейский суд.

См.: п. п. 4, 11, 12, 13, 20 информационного письма Президиума ВАС РФ от 22.12.2005 N 96 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов, об оспаривании решений третейских судов и о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов".

Решение третейского суда (международного коммерческого арбитража) не может быть пересмотрено по новым или вновь открывшимся обстоятельствам. Федеральный закон "О третейских судах в Российской Федерации" и Закон РФ "О международном коммерческом арбитраже" не допускают пересмотра решений третейских судов по таким основаниям. Между тем отмена решения третейского суда является основанием для пересмотра по новому обстоятельству определения арбитражного суда о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение этого решения.

См.: п. 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.06.2011 N 52 "О применении положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам"; Постановления Президиума ВАС РФ от 19.04.2006 N 10313/05, от 26.10.2004 N 3351/04.

Решение третейского суда не может быть оспорено, если арбитражным судом был выдан исполнительный лист на его принудительное исполнение, поскольку при выдаче исполнительного листа арбитражный суд уже проверил основания, для отказа в выдаче исполнительного листа, предусмотренные в ст. 239 АПК РФ, и счел решение третейского суда окончательным и подлежащим исполнению. Рассмотрение тех же оснований в процедуре отмены решения третейского суда означает пересмотр определения государственного арбитражного суда о выдаче исполнительного листа.

Между тем заинтересованные третьи лица, не участвовавшие в третейском разбирательстве и не привлеченные арбитражным судом к участию по делу об отмене решения третейского суда, вправе обжаловать судебные акты, нарушающие их права и законные интересы, после их вступления в законную силу. Право третьих лиц на судебную защиту может быть реализовано после вынесения арбитражным судом определения о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение третейского решения. В данном случае обязательность судебного акта не является препятствием для его обжалования третьими лицами, поскольку он был вынесен без их участия, но в отношении их прав и обязанностей.

См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 20.02.2006 N 1-П; Постановления Президиума ВАС РФ от 25.02.2010 N 15565/09 и N 15477/09.

Требования о соблюдение законности и обоснованности не применяются к третейским судам и не содержатся в перечне оснований для его отмены в ст. 233 АПК РФ. Проверка и исследование доказательств, на основе которых принято решение третейского суда, также не входят в этот перечень. Нарушение или неправильное применение третейским судом положений законодательства, а также неверная оценка третейским судом доказательств не являются основанием для отмены его решения, если только это не повлекло нарушение основополагающих принципов российского права (публичного порядка РФ) (см. также комментарий к ч. 4 ст. 232, ч. 2 ст. 230 и ч. 3 ст. 239 АПК РФ).

См.: п. п. 12, 20 информационного письма Президиума ВАС РФ от 22.12.2005 N 96 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов, об оспаривании решений третейских судов и о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов"; Постановления Президиума ВАС РФ от 25.02.2010 N 15565/09 и N 15477/09, от 03.02.2009 N 10680/08, от 26.07.2011 N 2608/11.

2. К п. 1. ч. 2 См.: также комментарий к п. 1 ч. 2 ст. 239 АПК РФ.

Согласно п. 1 ч. 2 ст. 233 и п. 1 ч. 2 ст. 239 АПК РФ арбитражный суд может отменить решение третейского суда или отказать в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, если установит, что третейское соглашение не имеет юридической силы, в частности, если оно не заключено или недействительно.

Третейское соглашение недействительно, например, если одна из сторон арбитражного соглашения неправоспособна или недееспособна; если отсутствует волеизъявление одной из сторон на передачу спора в третейский суд; если третейское соглашение заключено в отношении публично-правового спора, который не может быть предметом третейского разбирательства. В частности, споры о нарушении законодательства о приватизации, споры о реорганизации юридических лиц, споры, связанные с размещением заказов на поставку, выполнение работ и оказание услуг для государственных, муниципальных нужд не могут быть предметом третейского разбирательства, а третейское соглашение о передаче такого спора в третейский суд не имеет юридической силы. При этом публично-правовой характер споров обусловливается спецификой правоотношений, из которых возникает спор относительно данного имущества, и составом участвующих в споре лиц (см. также комментарий к п. 1 ч. 3 ст. 239 АПК РФ).

См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 26.05.2011 N 10-П "По делу о проверке конституционности положений пункта 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 2 ст. 1 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации", ст. 28 Федерального закона "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним", п. 1 ст. 33 и ст. 51 ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" в связи с запросом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации"; Определение Конституционного Суда РФ от 20.02.2002 N 54-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы АО "АЛРОСА" на нарушение конституционных прав и свобод ст. ст. 5 и 34 Закона РФ "О международном коммерческом арбитраже"; Постановления Президиума ВАС РФ от 10.04.2001 по делу N 3515/00, от 14.01.2003 по делу N 2853/00, от 23.04.2007 по делу N 15767/06.

Третейское соглашение не заключено, если оно не содержит всех необходимых для его заключения условий и стороны не согласовали эти условия впоследствии. В частности, арбитражное соглашение не заключено, если в арбитражном соглашении отсутствует наименование конкретного постоянно действующего третейского суда и не представляется возможности установить намерение сторон на передачу спора в конкретный третейский суд или если не согласован регламент, в соответствии с которым спор подлежит рассмотрению в третейском суде ad hoc. Между тем, если арбитражному суду будут представлены доказательства того, что стороны согласовали данные вопросы впоследствии, например, в ходе третейского разбирательства, то арбитражное соглашение между сторонами является заключенным.

См.: п. п. 19, 21 информационного письма Президиума ВАС РФ от 18.01.2001 N 58 "Обзор практики разрешения арбитражными судами споров, связанных с защитой иностранных инвесторов"; Постановления Президиума ВАС РФ от 10.11.2009 N 10462/09, от 25.07.2006 N 2718/06, от 23.06.2009 N 1434/09, от 27.02.1996 N 5278/95.

В соответствии с п. 3 ст. 5 Федерального закона "О третейских судах в Российской федерации" третейское соглашение недействительно, если оно содержится в договоре присоединения по смыслу ст. 428 ГК РФ, который был заключен до возникновения оснований для предъявления иска. В частности, недействительна третейская оговорка, включенная в договор банковского счета или кредитный договор, если этот договор представляет собой договор присоединения, составленный и подписанный на бланке и на условиях банка, которые могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом. Недействительна третейская оговорка, которая включена в публичную оферту эмитента о приобретении размещенных им ценных бумаг и противоречит ранее зарегистрированным эмиссионным документам. Между тем по смыслу п. 3 ст. 5 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации" не любой публичный договор является договором присоединения. Определение правовой природы и вида договора следует из установления фактических обстоятельств.

См.: Постановления Президиума ВАС РФ от 01.06.2010 N 17799/09, от 23.06.2009 N 1434/09, от 25.07.2006 N 2718/06, от 20.12.2011 N 12686/11.

На практике иногда возникает проблема разграничения арбитражного соглашения в виде ссылки на документ, содержащий условие о передаче спора в третейский суд (п. 1 ст. 7 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации"), и третейского соглашения, содержащаяся в договоре присоединения (п. 3 ст. 5 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации"), которое недействительно, если заключено до возникновения оснований для предъявления иска.

Например, подача заявления на осуществление деятельности на бирже в соответствии с биржевыми правилами, предусматривающими разрешение споров в третейском суде при бирже, представляет собой ссылку на документ, содержащий условие о передаче спора на разрешение третейского суда, а не договор присоединения.

См.: Постановление Президиума ВАС РФ от 01.06.2010 N 17799/09.

Нормы универсального правопреемства подлежат применению к третейскому соглашению. При универсальном правопреемстве третейское соглашение сохраняет силу для новых сторон обязательства.

В частности, при уступке права требования третейское соглашение, содержащееся в договоре, по которому произошла уступка права требования, продолжает действовать как для должника, так и для нового кредитора. В соответствии со ст. 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. Одним из таких условий, на которых переходит право требования, является сохранение предусмотренного договором порядка разрешения споров.

Предъявление иска в защиту нарушенных прав является одной из составных частей права требования, перешедшего к новому кредитору, поэтому при уступке права требования в полном объеме к новому кредитору переходит и право на обращение в третейский суд. Сохранение порядка разрешения споров, установленного цедентом и должником, не ущемляет прав и законных интересов должника и нового кредитора. К новому кредитору переходят не только права, но и обязанности, возникшие из третейского соглашения, поэтому не только должник, но и новый кредитор продолжают оставаться связанными третейским соглашением, заключенным цедентом и должником.

См.: п. 15 информационного письма Президиума ВАС РФ от 16.02.1998 N 29 "Обзор судебно-арбитражной практики разрешения споров по делам с участием иностранных лиц"; Постановления Президиума ВАС РФ от 20.04.2010 N 15887/09, от 10.11.2009 N 10264/09, от 19.06.2007 по делу N 15954/06, от 17.06.1997 N 1533/97.

В случае универсального правопреемства при реорганизации юридического лица, например, при присоединении одного юридического лица к другому, к правопреемнику переходят все права и обязанности по третейскому соглашению. В этом случае не нарушается правило о наличии волеизъявления на передачу спора в третейский суд непосредственно у сторон третейского соглашения и соблюдается письменная форма третейского соглашения. Корпоративное законодательство не содержит норм, исключающих действие универсального правопреемства в отношении прав и обязанностей по третейскому соглашению. При переходе обязательства в результате универсального правопреемства правопреемник продолжает быть юридически связанным третейским соглашением, заключенным его правопредшественником.

В случае, когда правопреемник является должником по обязательству, перешедшему к нему в порядке универсального правопреемства, его законные права не могут считаться нарушенными, поскольку при универсальном правопреемстве он знает или по крайней мере может знать состав и юридические характеристики прав и обязанностей правопредшественника.

См.: Постановление Президиума ВАС РФ от 03.11.2009 N 8879/09.

3. К п. 2 ч. 2 См. также: комментарий к п. 2 ч. 2 ст. 239, п. 2 ч. 1 ст. 244 АПК РФ.

Согласно п. 3 ст. 27 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации" сторонам должно быть заблаговременно направлено уведомление о времени и месте заседания третейского суда.

Арбитражный суд при рассмотрении вопроса об извещении стороны, против которой принято решение, проверяет, не была ли она лишена возможности защиты в связи с отсутствием фактического и своевременного извещения о времени и месте рассмотрения дела. Арбитражный суд не вправе отменить решение третейского суда в том случае, если сторона третейского разбирательства была должным образом уведомлена о дне разбирательства, представляла свои объяснения и если отсутствуют иные основания для отмены.

См.: п. п. 6, 23 информационного письма Президиума ВАС РФ от 22.12.2005 N 96 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов, об оспаривании решений третейских судов и о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов".

Бремя доказывания обстоятельств ненадлежащего уведомления и отсутствия возможности по иным причинам представить объяснения в третейском разбирательстве возложено на сторону, ходатайствующую об отмене решения третейского суда.

См.: Постановления Президиума ВАС РФ от 11.04.2006 по делу N 14579/04, от 11.04.2006 по делу N 12872/04, от 20.03.2007 N 15435/06, от 22.06.2006 N 3253/04.

При оценке факта уведомления о проведении заседания третейского суда арбитражным судам следует оценивать в качестве уведомления переписку третейского суда со стороной. Уведомление о третейском разбирательстве может состоять из нескольких взаимодополняющих друг друга документов, направляемых по мере согласования, в том числе с участием сторон, деталей относительно места разбирательства и места слушания, включая конкретный адрес проведения заседаний.

При оценке уведомления, состоящего из нескольких документов, направленных в разное время, необходимо установить, насколько заблаговременно были сообщены стороне третейского разбирательства те конкретные сведения, на несвоевременность получения которых она ссылается как на основание своего заявления о недолжном уведомлении о третейском разбирательстве.

См.: п. 23 информационного письма Президиума ВАС РФ от 22.12.2005 N 96 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов, об оспаривании решений третейских судов и о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов"; Постановления Президиума ВАС РФ от 20.01.2009 N 10718/08 и N 10613/08, от 22.02.2005 N 14548/04.

Порок доверенности на представительство в третейском суде не свидетельствует о неизвещении стороны о заседании третейского суда, поскольку важен не факт ненадлежащего представительства в третейском суде, а нарушение права на судебную защиту, заключающееся в том, что лицо не знало о процессе и не могло представить свои доводы. Предоставление стороной даже в ненадлежащей форме доверенности на участие в третейском разбирательстве подтверждает, что она знала об инициированном в отношении его разбирательстве в третейском суде.

Участие представителя ответчика в третейском разбирательстве на основании ненадлежащей доверенности, выдвижение им в ходе разбирательства доводов по существу, рассмотренных третейским судом, а затем ссылка общества на порок доверенности при неблагоприятном разрешении для него спора третейским судом представляет собой злоупотребление правом.

См.: Постановление Президиума ВАС РФ от 25.10.2011 N 18613/10.

Задержка с уведомлением ответчика о принятии третейским судом к рассмотрению искового заявления не привела к невозможности для него представить третейскому суду свои объяснения по существу спора. Ответчик представил в третейский суд отзыв на исковое заявление, присутствовал в заседании третейского суда и, следовательно, не был лишен права участвовать в процессе рассмотрения спора в этом суде. При таких обстоятельствах оснований полагать, что ответчик не был должным образом уведомлен о назначении арбитра или о третейском разбирательстве или по другим причинам не мог представить свои объяснения, либо состав третейского суда или арбитражная процедура не соответствовали соглашению сторон или закону, не имеется.

См.: Постановления Президиума ВАС РФ от 24.11.2009 N 8689/09, от 20.03.2007 N 15421/06.

4. К п. 3 ч. 2. См. также: комментарий к ч. 2 ст. 230 и п. 3 ч. 2 ст. 239 АПК РФ.

Арбитражный суд отказывает в признании и приведении в исполнение решения международного коммерческого арбитража или третейского суда, если решение принято за пределами арбитражного соглашения против лица, которое не являлось стороной соглашения об арбитраже и не участвовало в рассмотрении дела.

Если арбитражный суд установит, что в решении третейского суда был разрешен вопрос о правах и обязанностях лица, не участвующего в третейском разбирательстве, это решение подлежит отмене им только в части, касающейся прав и обязанностей третьего лица. Основанием этому служит п. 3 ч. 2 ст. 233 АПК РФ, согласно которому при наличии возможности отделить в решении третейского суда вопросы, охватываемые третейским соглашением, от тех, которые не охватываются этим соглашением; арбитражный суд может отменить только ту часть решения третейского суда, которая содержит постановления по вопросам, находящимся за пределами его компетенции.

См.: п. п. 11, 26 информационного письма Президиума ВАС РФ от 22.12.2005 N 96 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов, об оспаривании решений третейских судов и о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов"; Постановления Президиума ВАС РФ от 14.01.2003 N 2853/00, от 25.02.2009 N 13848/08.

Если в решении третейского суда содержатся положения как по вопросам, не относящимся к его компетенции (о правах и обязанностях третьего лица, не участвующего в третейском разбирательстве), так и по вопросам, охватываемым третейским соглашением, арбитражный суд обязан исследовать вопрос о том, могут ли эти вопросы быть отделены друг от друга. В случае, когда в решении третейского суда постановления, выходящие за пределы третейского соглашения, могут быть отделены от постановлений, охватываемых третейским соглашением, это решение может быть исполнено частично в той части, в которой оно охватывается третейским соглашением. В остальной части решение третейского суда не подлежит исполнению как вынесенное с превышением полномочий по спору, не переданному соглашением сторон.

См.: Постановления Президиума ВАС РФ от 19.06.2007 N 742/07, от 14.01.2003 N 2853/00.

5. К п. 4 ч. 2. См. также: комментарий к п. 4 ч. 2 ст. 239 АПК РФ.

Закон РФ "О международном коммерческом арбитраже" не регулирует порядок представления сторонами письменных доказательств, включая вопрос о том, на каком языке сторонам следует представлять такие доказательства, поскольку этот порядок в деле заявителя устанавливался в регламенте международного коммерческого арбитража.

См.: Определение КС РФ от 19.10.2010 N 1310-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы ООО "Восход" на нарушение конституционных прав и свобод ст. ст. 19 и 22 Закона РФ "О международном коммерческом арбитраже".

Согласно ст. 29 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации" назначение экспертизы является правом, а не обязанностью третейского суда. Вывод арбитражного суда о том, что немотивированный отказ третейского суда в удовлетворении ходатайства о проведении экспертизы нарушает принцип состязательности и равноправия сторон, необоснован. В силу п. 1 ст. 46 данного Закона арбитражный суд не вправе исследовать обстоятельства, установленные третейским судом, либо пересматривать решение третейского суда по существу.

См.: Постановление Президиума ВАС РФ от 29.11.2005 N 8660/05.

В силу ст. 46 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации" арбитражный суд вправе отказать в выдаче исполнительного листа на основании несоответствия процедуры третейского разбирательства федеральному закону лишь в случае нарушения требований ст. ст. 8, 10, 11 и 19 данного Закона. Несоответствие решения третейского суда положениям ст. 20 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации" о месте третейского разбирательства не является основанием для отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

См.: Постановление Президиума ВАС РФ от 29.11.2005 N 8657/05.

В соответствии со ст. 4 Закона РФ "О международном коммерческом арбитраже", если сторона, которая знает о том, что какое-либо положение данного Закона, от которого стороны могут отступать, или какое-либо требование, предусмотренное арбитражным соглашением, не было соблюдено, и тем не менее продолжает участвовать в арбитражном разбирательстве, не заявив возражений против такого несоблюдения без неоправданной задержки, и если для этой цели предусмотрен какой-либо срок, то в течение такого срока она считается отказавшейся от своего права на возражение.

Необоснованное уклонение надлежащим образом извещенной стороны от участия в третейском разбирательстве не может рассматриваться как неучастие в нем, что следует из ст. 25 Закона РФ "О международном коммерческом арбитраже", согласно которой, в тех случаях, когда любая сторона без указания уважительной причины не является на слушания или не представляет документальные доказательства, третейский суд может продолжить разбирательство и вынести решение на основе имеющихся у него доказательств.

Из материалов дела следует, что сторона была надлежащим образом извещена о возбуждении процедуры разбирательства в арбитраже, характере требований, назначении арбитров и иных процессуальных действиях, связанных с осуществлением третейского разбирательства. При этом она не ссылалась на наличие обстоятельств, препятствующих своевременному представлению ей возражений в отношении существования и действительности третейской оговорки, компетенции третейского суда и отдельных арбитров, а также по существу заявленного требования. Только на стадии оспаривания решения международного арбитражного суда в государственном суде сторона заявила о нарушении процедуры рассмотрения дела третейским судом, сославшись на то, что порядок формирования состава и его состав не соответствовал соглашению сторон.

Арбитражные суды при рассмотрении вопроса о толковании международным арбитражем третейской оговорки и нарушении процедуры назначения арбитров применили не подлежащий применению п. 4 ч. 2 ст. 233 АПК РФ. Они не учли, что на стадии оспаривания решения международного арбитража в государственном суде сторона уже утратила право заявлять о нарушении процедуры его создания.

См.: Постановление Президиума ВАС РФ от 11.05.2005 N 207/04.

6. К п. 1 ч. 3. См.: комментарий к п. 1 ч. 3 ст. 239 АПК РФ.

К п. 2 ч. 3. См. также: комментарий к ч. 1 ст. 230 и п. 2 ч. 3 ст. 239 АПК РФ, п. 7 ч. 1 ст. 244 АПК РФ.

Арбитражный суд отменяет решение третейского суда, отказывает в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда в случае, если решение нарушает основополагающие принципы российского права, в частности основано на подложных документах.

См.: п. 30 информационного письма Президиума ВАС РФ от 22.12.2005 N 96 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов, об оспаривании решений третейских судов и о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов".

Решение третейского суда об утверждении мирового соглашения о предоставлении отступного нарушает права третьего лица, не участвующего в третейском разбирательстве, в процедуре банкротства, поскольку влечет предпочтительное удовлетворение требований одного из кредиторов перед другими. Данное решение нарушает основополагающие принципы российского права, поскольку противоречит принципу единой правовой защиты интересов кредиторов, исключающему удовлетворение требований одних кредиторов в ущерб другим.

В результате это решение нарушает права третьего лица, которое вправе его оспаривать, несмотря на условие третейского соглашения о его окончательности.

См.: Постановление Президиума ВАС РФ от 29.06.2010 N 2070/10.

Законность и обоснованность решения, принятого третейским судом, а также проверка и исследование доказательств, на основе которых оно принято, не входят в перечень оснований для отказа в выдаче исполнительного листа на его принудительное исполнение. Подобная процедура АПК РФ не предусмотрена и противоречит сложившейся арбитражной практике по рассмотрению данной категории споров, что подтверждается п. 20 информационного письма Президиума ВАС РФ от 12.12.2006 N 96 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов, об оспаривании решений третейских судов и о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов".

Решив, что решение третейского суда основано на подложных доказательствах и поэтому нарушает основополагающие принципы российского права и санкционирует недобросовестное поведение участника экономического оборота, арбитражные суды допустили переоценку доказательств, исследованных в третейском суде, и тем самым пересмотрели его решение по существу.

См.: Постановление Президиума ВАС РФ от 26.07.2011 N 2608/11.

Арбитражный суд необоснованно пришел к выводу о нарушении решением международного коммерческого арбитража основополагающих принципов российского права и публичного порядка РФ, сочтя рассмотренный в третейском разбирательстве договор недействительным на основании ст. 168 ГК РФ. При этом суд указал на нарушение данным решением принципов единства прав и обязанностей сторон, равенства сторон в имущественных отношениях, добросовестности сторон в гражданском обороте, справедливости.

Фактически арбитражный суд первой инстанции, сославшись на ст. 168 ГК РФ, признал заключенный сторонами договор недействительным, хотя сам ответчик ни в арбитражном суде, ни в третейском суде не заявлял требования о признании данного договора недействительным и вопрос о его недействительности не был предметом судебного разбирательства. При этом арбитражный суд не назвал каких-либо конкретных норм российских законодательных и иных правовых актов, которым, по его мнению, противоречит заключенный сторонами договор. Таким образом, рассматривая заявление компании о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, арбитражный суд вышел за пределы предоставленных ему полномочий, рассмотрев и оценив фактические обстоятельства дела в отношении признания недействительным заключенного между сторонами договора.

См.: Постановление Президиума ВАС РФ от 03.02.2009 N 10680/08.

7. К ч. 4. См. также: комментарий к ч. 5 ст. 230 АПК РФ.

Согласно ст. 34 Закона РФ "О международном коммерческом арбитраже" ходатайство об отмене арбитражного решения является исключительным средством его оспаривания. Перечни оснований для отмены арбитражного решения (п. 2 ст. 34) и для отказа в признании или приведении его в исполнение (ст. 36), по существу, совпадают.

См.: Определения Конституционного Суда РФ от 20.02.2002 N 54-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы акционерной компании "Алроса" на нарушение конституционных прав и свобод ст. 5 и 34 Закона РФ "О международном коммерческом арбитраже"; от 15.05.2001 N 204-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы акционерной компании "Алроса" и запроса Верховного Суда Республики Саха (Якутия) о проверке конституционности п. 1 ст. 35 Закона РФ "О международном коммерческом арбитраже".

В ст. 34 Закона РФ "О международном коммерческом арбитраже" содержится исчерпывающий и не подлежащий расширительному толкованию перечень оснований к отмене решения международного коммерческого арбитража. Суд не вправе вопреки требованиям ст. 34 данного Закона фактически пересматривать доводы арбитров международного коммерческого арбитража.

См.: п. 5 Обзора судебной практики ВС РФ "Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда РФ за третий квартал 2000 г.".

В ч. 4 ст. 233 АПК РФ указывается, что арбитражный суд может отменить решение международного коммерческого арбитража по основаниям, предусмотренным международным договором РФ и федеральным законом о международном коммерческом арбитраже. Между тем международных договоров РФ об отмене решений международных коммерческих арбитражей не существует. Международными договорами РФ, в которых закреплены основания отказа в признании и приведении в исполнение арбитражного решения, являются Нью-Йоркская конвенция 1958 г. "О признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений" и Европейская конвенция 1961 г. "О внешнеторговом арбитраже". Однако данные международные договоры могут применяться при производстве по делам о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений согласно гл. 31 АПК РФ и неприменимы в случае осуществления производства в соответствии с гл. 30 АПК РФ, когда речь идет о решениях международных коммерческих арбитражей, вынесенных на территории РФ.

См., например: Постановления Президиума ВАС РФ от 30.03.2004 N 15359/03, от 23.11.2010 N 9521/10.

Другой комментарий к статье 233 Арбитражного Процессуального Кодекса РФ

1. Согласно ч. 1 ст. 233 АПК основания для отмены решения третейского суда носят исчерпывающий характер и не подлежат расширительному толкованию. Вместе с тем согласно ч. 4 ст. 233 АПК решение международного коммерческого арбитража может быть отменено по основаниям, предусмотренным Законом о МКА (ст. 36) и международными договорами РФ.

2. В ч. 2 ст. 233 АПК перечислены основания для отмены решения третейского суда, бремя доказывания которых лежит на заинтересованной стороне. Указанные основания практически совпадают с предписаниями ст. 42 ФЗ о третейских судах в РФ, содержащей также основания для отмены решения третейского суда, хотя имеются определенные терминологические различия. В этом случае, на наш взгляд, применению подлежат правила АПК, в определенных случаях в сочетании с нормами ФЗ о третейских судах в РФ.

Кроме того, следует учитывать и следующее положение п. 3 ст. 19 ФЗ о третейских судах в РФ. Правила третейского разбирательства, согласованные сторонами в соответствии с п. п. 1 и 2 ст. 19 ФЗ о третейских судах в РФ, не могут противоречить обязательным положениям данного ФЗ, не предоставляющим сторонам права договариваться по отдельным вопросам. В части, не согласованной сторонами, не определенной правилами постоянно действующего третейского суда и данным ФЗ, правила третейского разбирательства определяются третейским судом.

Поэтому, исходя из такой императивно-диспозитивной природы правил третейского разбирательства, следует оценивать наличие оснований для отмены решения третейского суда. Если процедурная норма носит императивный характер, то в этом случае арбитражный суд должен исходить при оценке существа нарушения из ФЗ о третейских судах. При диспозитивном регулировании во внимание принимаются правила (регламент, положение) постоянно действующего третейского суда и правила разбирательства, которые были определены третейским судом и сторонами.

3. Согласно п. 1 ч. 2 ст. 233 АПК третейское соглашение недействительно по основаниям, предусмотренным ФЗ. В п. 1 ст. 42 ФЗ о третейских судах в РФ данное основание сформулировано следующим образом: сторона, подавшая заявление об отмене решения третейского суда, представит доказательства того, что третейское соглашение является недействительным по основаниям, предусмотренным настоящим ФЗ или иным ФЗ.

Как гражданско-правовой договор, третейское соглашение может быть признано недействительным по основаниям, установленным гражданским законодательством в § 2 гл. 9 ГК. При этом недействительность третейского соглашения может быть установлена как отдельным судебным решением по иску о признании его недействительным, так и в производстве по оспариванию решения третейского суда.

Вряд ли можно оспаривать саму возможность подачи таких исков в суды с точки зрения процессуального права на обращение в суд. Однако при этом важно исходить из определенных критериев, которые бы позволяли отличить истинное заблуждение стороны, направленное на исключение подведомственности государственному суду, от стремления отказаться в одностороннем порядке от ранее достигнутого соглашения об арбитраже. На наш взгляд, следует учитывать сложную правовую природу арбитражного соглашения, одновременно имеющего как материальную, так и процессуальную природу, что не позволяет подходить к вопросам его расторжения как обычной гражданско-правовой сделки (см. подробнее об исках об оспаривании договоров, охваченных арбитражным соглашением, пункт 10 комментария к ст. 244).

Кроме того, судебная защита может быть не только предварительной, но и последующей, поэтому заинтересованные лица вправе апеллировать к государственному суду как на этапе признания и приведения в исполнение, так и на более ранних этапах (при обеспечении доказательств, при обеспечении исковых требований, для проверки компетенции третейского суда и т.д.). В случае признания третейского соглашения недействительным в отдельном судебном процессе заинтересованное лицо должно представить в арбитражный суд, рассматривающий дело об отмене решения третейского суда, копию такого решения с отметкой о вступлении его в законную силу для применения правил п. 1 ч. 2 ст. 233 АПК.

В качестве примера недействительности третейского соглашения можно привести нарушение правила п. 3 ст. 5 ФЗ о третейских судах в РФ, согласно которому третейское соглашение о разрешении спора по договору, условия которого определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах и могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом (договор присоединения), действительно, если такое соглашение заключено после возникновения оснований для предъявления иска. Поэтому если такое соглашение было заключено сразу путем включения в условия стандартного договора, например на предоставление услуг, то такое третейское соглашение может быть признано недействительным.

В качестве другого примера можно привести нарушение правил о добровольности заключения третейского соглашения. В этой связи изложим данный материал на примере арбитражного соглашения и оценки действия известного договора в этой сфере. Общепризнанным является положение о добровольности заключения арбитражного соглашения сторонами, что основано на принципе автономии воли сторон. Вместе с тем в ряде случаев заключение арбитражного соглашения и подведомственность спора арбитражу основаны на обязательном для сторон нормативном акте. В частности, в этом плане большинство специалистов ссылаются на Конвенцию о разрешении арбитражным путем гражданско-правовых споров, вытекающих из отношений экономического и научно-технического сотрудничества (Москва, 26.05.1972). Первоначальными ее участниками являлись Болгария, Венгрия, ГДР, Монголия, Польша, Румыния, СССР и Чехословакия.

Московская конвенция установила, что все споры между хозяйственными организациями, вытекающие из договорных и иных гражданско-правовых отношений, возникающих между ними в процессе экономического и научно-технического сотрудничества стран - участниц Конвенции, подлежат рассмотрению в арбитражном порядке с исключением подсудности таких споров государственным судам. При этом речь шла о рассмотрении споров в арбитражных судах при торговой палате в стране ответчика или по договоренности сторон в третьей стране - участнице Конвенции. В тех случаях, когда для рассмотрения отдельных категорий споров в странах - участницах Конвенции существовали специализированные арбитражные суды, рассмотрение таких споров по взаимному согласию сторон должно было осуществляться этими арбитражными судами.

Под отношениями, подпадающими под действие Московской конвенции, понимались как отношения по договорам о купле-продаже товаров, о специализации и кооперировании производства, выполнении подрядных, строительных, монтажных, проектных, изыскательских, научно-исследовательских, проектно-конструкторских и экспериментальных работ, транспортно-экспедиционных и иных услуг, так и другие гражданско-правовые отношения, возникающие в процессе экономического и научно-технического сотрудничества стран - участниц Конвенции.

Вопрос о юридической силе Московской конвенции сложен. Ряд стран официально вышли из нее, в частности Польша, Венгрия, Чехия и ГДР (последняя вышла из Конвенции по другим известным причинам). Вместе с тем в отношении оставшихся в Конвенции стран вопрос о ее действии небесспорен. В частности, приводились примеры отказа суда Румынии в исполнении решения арбитража, вынесенного на основании данной Конвенции, кроме того, для многих специалистов сомнительна оценка возможностей действия Московской конвенции <1>. Поэтому в настоящее время можно высказать только свое мнение о том, что при оценке юридической силы Московской конвенции следует исходить из времени ее принятия, тех социально-правовых и экономических реалий и современных подходов. Впрочем, эти подходы и не менялись - принцип автономии воли сторон отражен как в международном, так и в российском законодательстве, в связи с чем представляется, что в любом случае спор между, например, хозяйственными обществами России и Монголии может быть передан на рассмотрение арбитража, в том числе при торгово-промышленной палате, на основании надлежащего арбитражного соглашения сторон. Иное толкование противоречит как природе арбитража, так и действующему законодательству, принятому за период после 1991 г. Аналогичный вывод сделан А.П. Беловым, который пишет о фактической неприменимости Московской конвенции и необходимости ее денонсации <2>.

--------------------------------
<1> См., например: Арбитражный процесс / Под ред. В.В. Яркова. М.: Юристъ, 1998. С. 437 - 438 (автор главы - Е.В. Виноградова); Брунцева Е.В. Международный коммерческий арбитраж. СПб., 2001. Том 3. С. 50, 51; Ануфриева Л.П. Международное частное право. М.: БЕК, 2001. С. 120, 121; Тынель А., Функ Я., Хвалей В. Курс международного торгового права. Минск, 2000. С. 628 - 631.
<2> См.: Белов А.П. Международное предпринимательское право. М., 2001. С. 240, 241.

Вместе с тем М.Г. Розенберг, анализируя практику МКАС по применению Московской конвенции, предлагает исходить из критерия, являлись ли государства, к которым принадлежали спорящие стороны, участниками Конвенции на день предъявления иска. В частности, он приводит практику, когда польской организацией иск был предъявлен в 1993 году, а для Польши Конвенция прекратила действие с 15.12.1994, поэтому иск был рассмотрен МКАС на основании Конвенции <1>.

--------------------------------
<1> См.: Розенберг М.Г. Практика Международного коммерческого арбитражного суда. Научно-практический комментарий. М., 1997. С. 208. См. также другие положительные примеры применения Московской конвенции в практике МКАС: Розенберг М.Г. Практика Международного коммерческого арбитражного суда при ТПП РФ за 1999 - 2000. М.: Статут, 2002. С. 76 - 78; 242 - 244.

В ряде случаев возникает вопрос о компетенции третейского суда в связи с тем, что ответчик оспаривал сам факт заключения договора между сторонами в надлежащей форме. Таким образом, для того, чтобы определить свою компетенцию, третейский суд в соответствии со ст. ст. 160, 434 и другими статьями ГК исследовал вопрос о совершении договора в надлежащей форме и связанные с этим фактические обстоятельства.

По одному из дел из практики третейского суда НАУФОР между истцом и ответчиком были заключены договоры, согласно которым Истец обязался передать в собственность ответчику, а ответчик - принять и оплатить ценные бумаги. Договоры заключались путем поочередного подписания их сторонами с использованием курьерской связи. Ввиду неоплаты ответчиком как покупателем ценных бумаг истец предъявил в третейский суд иск о расторжении договора и взыскании с отказавшегося от исполнения обязательств ответчика неустойки.

Возражения ответчика свелись к тому, что указанные договоры не были подписаны собственноручно генеральным директором компании, а на них было проставлено факсимиле, использующееся внутри компании и в переписке, не касающейся заключения договоров. Таким образом, ответчик оспаривал сам факт заключения в надлежащей письменной форме договоров, в связи с чем данные документы не устанавливали для ответчика каких-либо гражданских прав и обязанностей. Вместе с тем подлинность печати на договоре ответчиком не оспаривалась. Соответственно, по мнению ответчика, не могли считаться заключенными и соглашения о третейском разбирательстве, поскольку эти договоры также содержат оттиск каучукового штампа (факсимиле) вместо подписи руководителя.

Арбитраж пришел к выводу о том, что содержащие третейские оговорки договоры не могут считаться заключенными в соответствующей требованиям действующего законодательства письменной форме, поскольку документы, в которые включены третейские оговорки, не считаются подписанными ответчиком, использовавшим факсимиле рукописной подписи генерального директора.

Арбитраж исходил из того, что согласно п. 2 ст. 434 ГК договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена документами посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, телефонной, электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору. При этом в соответствии с п. 2 ст. 160 ГК использование при совершении сделок факсимильного воспроизведения подписи с помощью средств механического или иного копирования, иного аналога собственноручной подписи допускается в случаях и в порядке, которые предусмотрены законом, иными правовыми актами или соглашением сторон.

Однако между истцом и ответчиком не было специального соглашения об использовании факсимильного воспроизведения подписи, не устанавливались такие правила для сторон законом и иными правовыми актами. Поэтому арбитраж пришел к выводу, что в отсутствие между сторонами заключенного в письменной форме соглашения о рассмотрении споров в третейском суде арбитраж не обладает компетенцией рассматривать спор по данному иску <1>.

--------------------------------
<1> См.: Ярков В.В. Обзор практики третейских судов ПАУФОР и НАУФОР // Юридическая практика. Информационный бюллетень Центра права специального юридического факультета СПбГУ. 1999. N 3 (18). С. 91 - 92.

4. Согласно п. 2 ч. 2 ст. 233 АПК решение третейского суда может быть отменено в том случае, если сторона не была должным образом уведомлена об избрании (назначении) третейских судей или о третейском разбирательстве, в том числе о времени и месте заседания третейского суда, либо по другим уважительным причинам не могла представить третейскому суду свои объяснения. В п. 1 ст. 42 ФЗ о третейских судах в РФ данное основание сформулировано следующим образом: сторона, против которой принято решение третейского суда, не была должным образом уведомлена об избрании (назначении) третейских судей или о времени и месте заседания третейского суда либо по другим причинам не могла представить третейскому суду свои объяснения.

Здесь речь идет о нарушении самых различных процедурно-процессуальных норм в деятельности третейского суда (например, ст. 4 ФЗ о третейских судах в РФ).

Поэтому при отказе ответчика, надлежаще извещенного о времени и месте заседания третейского суда, от участия в рассмотрении дела третейский суд вправе рассмотреть дело. В данном случае вряд ли можно говорить о наличии оснований для отмены решения по этому основанию <1>.

--------------------------------
<1> См. практику третейских судов по этому вопросу: Суханов Е.А. Разрешение споров третейскими судами (материалы практики). М., 1998. С. 22; Ярков В.В. Обзор практики третейских судов ПАУФОР и НАУФОР // Юридическая практика. Информационный бюллетень Центра права специального юридического факультета СПбГУ. 1999. N 3 (18). С. 101 - 105.

В то же время арбитражный суд не вправе отменить решение третейского суда в том случае, если сторона третейского разбирательства была должным образом уведомлена о дне разбирательства, представляла свои объяснения и если отсутствуют иные основания для отмены (п. 23 информационного письма Президиума ВАС РФ от 22.12.2005 N 96 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов, об оспаривании решений третейских судов и о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов").

5. Согласно п. 3 ч. 2 ст. 233 АПК решение может быть отменено в том случае, если решение третейского суда вынесено по спору, не предусмотренному третейским соглашением или не подпадающему под его условия, либо содержит постановления по вопросам, выходящим за пределы третейского соглашения. Если постановления по вопросам, охватываемым третейским соглашением, могут быть отделены от тех, которые не охватываются таким соглашением, арбитражный суд может отменить только ту часть решения третейского суда, которая содержит постановления по вопросам, не охватываемым соглашением о передаче спора на рассмотрение третейского суда.

В п. 1 ст. 42 ФЗ о третейских судах в РФ данное основание сформулировано следующим образом: решение третейского суда вынесено по спору, не предусмотренному третейским соглашением или не подпадающему под его условия, либо содержит постановления по вопросам, выходящим за пределы третейского соглашения. Если постановления третейского суда по вопросам, которые охватываются третейским соглашением, могут быть отделены от постановлений по вопросам, которые не охватываются таким соглашением, то может быть отменена только та часть решения третейского суда, которая содержит постановления по вопросам, не охватываемым третейским соглашением.

В данном случае речь идет не о недействительности третейского соглашения, а о том, что третейский суд вышел за его пределы и разрешил вопросы, которые не охватываются соглашением. Например, соглашение охватывало разрешение споров о порядке изменения условий договора, а третейский суд вынес решение о расторжении договора. При этом в части, охватываемой третейским соглашением, решение третейского суда является действительным, а в остальной подлежит отмене. Например, третейский суд разрешил спор как о взыскании убытков, так и о расторжении договора, в то время как третейское соглашение охватывало только рассмотрение споров о взыскании убытков.

6. Согласно п. 4 ч. 2 ст. 233 АПК решение может быть отменено в том случае, если состав третейского суда или процедура третейского разбирательства не соответствовали соглашению сторон или ФЗ. В п. 1 ст. 42 ФЗ о третейских судах в РФ данное основание сформулировано следующим образом: состав третейского суда или третейское разбирательство не соответствовали положениям статей 8, 10, 11 или 19 данного ФЗ.

Так, в ст. 8 ФЗ о третейских судах в РФ речь идет о требованиях, предъявляемых к третейскому судье, в ст. 10 - о порядке формирования состава третейского суда, ст. 11 - об основаниях отвода третейского судьи, а в ст. 19 - об определении правил третейского разбирательства. Например, согласно ст. 10 ФЗ о третейских судах в РФ установлен определенный порядок формирования состава третейского суда, который применяется, например, в отношении постоянно действующих третейских судов в том случае, если иное не установлено правилами такого третейского суда. Поэтому арбитражный суд, оценивая утверждения одной из сторон о нарушении порядка формирования состава третейского суда, должен изучить правила третейского суда в соотношении с ФЗ о третейских судах в РФ.

Как отмечено в п. 3 Обзора практики рассмотрения дел об оспаривании решений третейских судов и о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов, одобренного Президиумом ФАС Уральского округа 07.07.2010, нарушение правил о ведении протокола третейского разбирательства может служить основанием для отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

Такой же характер могут носить нарушения, связанные с выбором арбитров.

Обязательность сообщения арбитром сведений о наличии или отсутствии обстоятельств, способных вызвать обоснованные сомнения относительно его беспристрастности или независимости, прямо предусмотрена ст. 12 Закона о МКА. Указанные действия осуществляются на стадии формирования состава арбитража. Значение же данной стадии заключается в том, что "именно надлежащим образом сформированный состав третейского суда наделяется компетенцией рассматривать спор и принимать окончательное решение о его разрешении" <1>. На данное обстоятельство обращали внимание специалисты, в частности О.Ю. Скворцов <2>.

--------------------------------
<1> Арбитражный процесс: Учебник. 3-е изд. / Под ред. В.В. Яркова. М.: Волтерс Клувер, 2006. С. 775 (автор главы - Е.А. Виноградова).
<2> Скворцов О.Ю. Третейское разбирательство предпринимательских споров в России. М.: Волтерс Клувер, 2005. С. 249.

Сложившаяся судебная практика признает, что раскрытие соответствующей информации арбитрами имеет своей целью гарантировать разбирательство дела независимым и беспристрастным судом <1>. Требование обеспечить такие гарантии в ходе разрешения споров вытекает из международных обязательств РФ, закрепленных в ч. 1 ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г.

--------------------------------
<1> См. Постановления ФАС Московского округа от 26.07.2007 N КГ-А40/6616-07 и N КГ-А40/6775-07; Определение ВАС РФ от 10.12.2007 N 14955/07 и N 14956/07.

Применение Европейской конвенции о правах человека к арбитражу обусловлено тем, что арбитры при разрешении спора действуют вместо государственного суда и в этом своем качестве также должны удовлетворять требованиям, обеспечивающим реализацию права граждан и их объединений (организаций) на "справедливое разбирательство дела" "независимым и беспристрастным судом" <1>. В этом аспекте Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод относится к числу правовых источников международного коммерческого арбитража, на которых арбитраж основывает свою деятельность <2>. Данное обстоятельство, а именно необходимость руководствоваться применительно к арбитражу помимо других правовых актов Европейской конвенцией о правах человека и практикой ЕСПЧ, подчеркивается в целом ряде работ последних лет, в частности профессором А.С. Комаровым <3>.

--------------------------------
<1> Арбитражный процесс: Учебник. 3-е изд. / Под ред. В.В. Яркова. М.: Волтерс Клувер, 2006. С. 760 (автор главы - Е.А. Виноградова).
<2> Там же. С. 684, 685.
<3> Комаров А.С. Основополагающие принципы третейского суда // ВВАС РФ. 2001. N 4. С. 89 - 92.

Из изложенного выше вытекают следующие выводы. Арбитраж по своей правовой природе, как известно, является органом частного правоприменения, негосударственным по характеру. Однако в отношении арбитражного и третейского разбирательства можно выделить принцип соблюдения минимальных стандартов справедливости, заключающийся в необходимости обеспечить при формулировании правил арбитражного разбирательства и их применении положения, позволяющие гарантировать общепризнанные стандарты справедливого судебного разбирательства. Данное положение было сформулировано профессором А.С. Комаровым как критерий признания третейского суда допустимым элементом правовой системы конкретной страны <1>. В этом плане можно выделить несколько аспектов. Во-первых, как справедливо пишет А.С. Комаров, речь не идет о соответствии процессуальных норм государственных судов, которые являются максимальными критериями справедливости, правилам третейского разбирательства <2>.

--------------------------------
<1> См.: Комаров А.С. Основополагающие принципы третейского суда // ВВАС РФ. 2001. N 4. С. 91 - 92.
<2> Там же. С. 91.

Во-вторых, теоретически, да и практически возможны ситуации, когда регламент арбитража и само содержание разбирательства, включая стадию выбора арбитров, не соответствуют минимальным стандартам справедливости. В этом плане критериями, по мнению А.С. Комарова, выступают международные акты, например Арбитражный регламент ЮНСИТРАЛ, Типовой закон ЮНСИТРАЛ о международном коммерческом арбитраже. Поэтому следует согласиться с А.С. Комаровым, поскольку такие общепризнанные и авторитетные акты являются ориентиром для национального нормотворчества и положены, в частности, в основу Закона РФ "О международном коммерческом арбитраже".

В соответствии с системным толкованием положений ч. 1 ст. 6 Европейской конвенции о правах человека Европейским судом, которое является составной частью российской правовой системы <1>, наличие беспристрастного суда в целях ч. 1 ст. 6 Европейской конвенции о правах человека должно определяться согласно субъективному критерию, в соответствии с которым ни один член суда не должен быть лично заинтересован в исходе дела, а также на основании объективного критерия, то есть путем проверки, предоставил ли этот суд гарантии, достаточные для исключения любых законных сомнений в том, что беспристрастность суда гарантирована <2>. Лишь тот суд, который прошел проверку обоими критериями, может быть признан независимым и беспристрастным.

--------------------------------
<1> Пункт 1 ФЗ от 30.03.1998 N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней"; Постановление КС РФ от 05.02.2007 N 2-П по делу о проверке конституционности положений статей 16, 20, 112, 336, 376, 377, 380, 381, 382, 383, 387, 388 и 389 ГПК РФ в связи с запросом Кабинета Министров Республики Татарстан, жалобами открытых акционерных обществ "Нижнекамскнефтехим" и "Хакасэнерго", а также жалобами ряда граждан.
<2> Постановление Европейского суда по делу "Пьерсак против Бельгии" (Piersack v. Belgium) от 01.10.1982; Постановление Европейского суда по делу "Фей против Австрии" (Fey v. Austria) от 24.02.1993; Постановление Европейского суда по делу "Сан Леонард Бэнд Клаб против Мальты" (San Leonard band Club v. Malta) от 29.07.2004; Постановление Европейского суда по делу "Киприану против Кипра" (Kyprianou v. Cyprus) от 15.12.2005; решение Европейского суда по вопросу приемлемости жалобы по делу "Авель Витальевич Тиминский против Российской Федерации" (Avel Vitalyevich Timinskiy v. Russia) от 11.09.2007.

Объективная беспристрастность суда устанавливается на основании внешних признаков <1>. В частности, нарушение данного принципа констатируется ЕСПЧ по результатам изучения состава суда, порядка и способа назначения судей в конкретном деле, определения срока их полномочий, ходатайств об отводе судей, определений о разрешении таких ходатайств, заявлений о самоотводе судей и т.д. <2>.

--------------------------------
<1> Нешатаева Т.Н. "Право на суд" в решениях Европейского суда по правам человека и арбитражных судов РФ // ВВАС РФ. 2006. N 2. С. 123.
<2> Пункт 4 информационного письма ВАС РФ от 20.12.1999 N С1-7/СМП-1341 "Об основных положениях, применяемых Европейским судом по правам человека при защите имущественных прав и права на правосудие".

В этом плане, как справедливо писала Е.А. Виноградова, "требования независимости и беспристрастности третейского судьи производны от одноименных требований к судьям государственных судов, совпадают подходы к основополагающим гарантиям их функциональной деятельности" <1>. Поэтому арбитры, как и судьи государственных судов, обязаны быть независимыми и беспристрастными и должны доводить до сведения сторон, МКА и других арбитров любые обстоятельства, способные повлиять на соблюдение данных принципов или создающие обоснованные сомнения в их гарантированности (ст. 12 Закона о МКА). Несоблюдение данной обязанности является нарушением процедуры рассмотрения дела в МКА.

--------------------------------
<1> Арбитражный процесс: Учебник. 3-е изд. / Под ред. В.В. Яркова. М.: Волтерс Клувер, 2006. С. 760 (автор главы - Е.А. Виноградова).

7. В ч. 3 ст. 233 АПК речь идет об основаниях к отмене решения третейского суда, применяемых как в случае их доказанности должником, так и в случае установления арбитражным судом по собственной инициативе.

В п. 1 ч. 3 ст. 233 АПК речь идет о том, что спор не может быть предметом третейского разбирательства в соответствии с ФЗ. Предмет третейского разбирательства определяется в ФЗ двумя способами - позитивным и негативным. Позитивным способом подведомственность дел третейскому суду определена в ч. 6 ст. 4 АПК, п. 2 ст. 1 ФЗ о третейских судах, ст. 1 Закона о МКА, где определяется предмет третейского разбирательства - любой спор из гражданских правоотношений. Негативный способ закрепления заключается в том, что относительно некоторых категорий споров прямо говорится, что они не могут быть предметом рассмотрения третейскими судами. Например, согласно п. 3 ст. 33 ФЗ о несостоятельности (банкротстве) дело о банкротстве не может быть передано на рассмотрение третейского суда. Другие категории дел не могут рассматриваться третейскими судами исходя из анализа содержания соответствующих категорий споров, в частности дела из публично-правовых отношений.

Так, согласно п. 28 информационного письма Президиума ВАС РФ от 22.12.2005 N 96 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов, об оспаривании решений третейских судов и о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов" арбитражный суд удовлетворяет заявление об отмене решения третейского суда, если установит, что решение касается вопросов, входящих в исключительную компетенцию арбитражных судов в РФ.

В п. 2 ч. 3 ст. 233 АПК речь идет об отмене решения третейского суда в случае, если оно нарушает основополагающие принципы российского права. Это достаточно оценочная категория, во многом созвучная категории публичного порядка (см. комментарий к ст. 244). Поскольку нет какого-либо (да его и не может быть) нормативного определения основополагающих принципов российского права, то оценка содержания данной категории достаточно эластична. И, хотя судебная практика по данному вопросу еще будет складываться, ее анализ уже позволяет сделать некоторые выводы.

Во-первых, так же как и в отношении оговорки о публичном порядке, ссылка на основополагающие принципы российского права не должна вести к пересмотру существа решения третейского суда. Предметом оценки, как справедливо указывают арбитражные суды РФ в постановлениях по конкретным делам, должны являться проверка соответствия основополагающим принципам российского права самого решения третейского суда, соблюдение при его принятии основополагающих принципов российского права, т.е. его основных начал, которые обладают универсальностью, высшей императивностью и особой общезначимостью, а не вопросы исследования третейским судом доказательств по делу или правильности применения норм материального или процессуального права.

На п. 2 ч. 3 ст. 233 АПК можно ссылаться лишь при нарушении основополагающих, фундаментальных принципов российского права, а не просто любых императивных норм. Неправильное применение третейским судом норм материального права или неполное установление обстоятельств дела при разрешении спора само по себе не может расцениваться как основание для отмены принятого третейским судом решения.

Примерами из судебной практики, при которых решения отменялись по рассматриваемому основанию, могут быть случаи, когда решение третейского суда основано на подложных документах (такой пример, в частности, приводится в п. 30 информационного письма Президиума ВАС РФ от 22.12.2005 N 96 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов, об оспаривании решений третейских судов и о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов"), или случаи введения арбитров в заблуждение иным способом, или случаи, когда приведение в исполнение решения третейского суда будет противоречить решению российского суда, вступившему в законную силу. Такая ситуация возможна, например, когда решение третейского суда о взыскании суммы основано на договоре, признанном недействительным решением российского суда (см. анализ таких ситуаций в комментарии к ст. 244 АПК).

В указанных ситуациях суды не раз приходили к выводу о том, что взыскание третейским судом денежной суммы нарушает установленный ст. 16 АПК принцип обязательности судебных актов, что может приводить к неустранимым коллизиям решений арбитражных и третейских судов. Соответственно, решение третейского суда отменялось как нарушающее основополагающий принцип российского права.

Другую позицию по данному вопросу, правда, относительно приведения в исполнение решений международного коммерческого арбитража и применения оговорки о публичном порядке приводит Б.Р. Карабельников <1>.

--------------------------------
<1> См.: Карабельников Б.Р. Исполнение и оспаривание решений международных коммерческих арбитражей: Комментарий к Нью-Йоркской конвенции 1958 г. и гл. 30 и 31 АПК РФ 2002 г. (3-е изд.). М.: Статут, 2008.

Отмена решения третейского суда по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 3 ст. 233 АПК, возможна также в случае нарушения фундаментальных принципов процессуального права, в частности, если не были обеспечены независимость, беспристрастность третейского суда, а также равноправие сторон в третейском разбирательстве.

В то же время, например, неприменение третейским судом положений ст. 333 ГК не должно рассматриваться как нарушение основополагающих принципов российского права, и такая позиция все чаще встречается в решениях судов по конкретным делам.

8. Согласно ч. 4 ст. 233 АПК решение международного коммерческого арбитража может быть отменено по основаниям, предусмотренным международным договором РФ и Законом о МКА. Основания для отмены решения международного коммерческого арбитража предусмотрены в ст. 34 Закона о МКА. Однако они не полностью тождественны основаниям комментируемой статьи, в частности, вместо категории "основополагающие принципы российского права" в п. 2 ст. 34 Закона о МКА используется "публичный порядок РФ". Более подробный анализ применения оговорки о публичном порядке приведен в комментарии к ст. 244 АПК.

Комментарии и консультации юристов по ст 233 АПК РФ

Если у вас возникли вопросы по статье 233 АПК РФ, вы можете получить консультацию юристов нашего сервиса.

Задать вопрос можно через форму связи или по телефону. Первичные консультации бесплатны и проводятся с 9:00 до 21:00 ежедневно по Московскому времени. Вопросы, полученные с 21:00 до 9:00, будут обработаны на следующий день.